Энергетическая карта Европы продолжает перекраиваться, и в центре этого процесса оказалась Турция. В последнее время европейские столицы всё чаще обралощаются к Анкаре с запросами на поставку природного газа. Однако у этих запросов есть одно принципиальное и довольно жесткое условие: топливо в трубопроводах не должно иметь российских корней. О специфике этого геополитического давления рассказал министр энергетики Турции Алпарслан Байрактар в своем недавнем интервью телеканалу АХабер.
Суть проблемы заключается не только в политической воле, но и в сугубо технической сложности. По словам Байрактара, европейские партнеры крайне заинтересованы в том, чтобы турецкое месторождение Сакарья стало альтернативным источником поставок, не связанным с РФ. Но здесь возникает непреодолимое препятствие: как только разные потоки газа смешиваются в общей магистрали, их «паспорт» теряется.
«Происхождение газа, который идет по трубопроводу, становится неясным. Но как только этот ресурс становится объектом коммерческой сделки, требующей юридического оформления, мы не можем игнорировать обязательство документально подтвердить страну-производителя», — пояснил министр.
Таким образом, Анкара оказалась в ситуации, когда юридическая прозрачность вступает в конфликт с физической реальностью газотранспортной системы.
При этом у Турции есть и свои внутренние сложности. Несмотря на растущий интерес Европы к турецким залежам, экспортный потенциал страны пока ограничен. Потребности самой Анкары в энергоресурсах остаются крайне высокими, что оставляет не так много излишков для перепродажи соседям.
Тем не менее, Байрактар подчеркнул, что стратегический фундамент энергетической безопасности Турции остается непоколебимым. Он напомнил, что даже в самые турбулентные периоды — будь то глобальная пандемия коронавируса, украинский конфликт или обострение ситуации в Ормузском проливе — ключевые артерии страны продолжали работать без сбоев. Речь идет о проектах «Турецкий поток» и «Голубой поток», которые стали гарантами стабильности.
Напомним, что «Турецкий поток» — это важнейшая магистраль, проложенная по дну Черного моря с 2017 по 2019 год. Запущенная в начале 2020 года, она не только снабжает Турцию, но и служит транзитным путем для поставок в страны Юго-Восточной Европы. «Голубой поток», введенный в эксплуатацию еще в 2003 году, обеспечивает прямой транзит российского газа в Турцию, минуя территорию третьих стран.
Несмотря на то, что «Турецкий поток» формально не находится под прямыми санкциями, он регулярно сталкивается с «теневыми» ограничениями. Ярким примером стал 2022 год, когда власти Нидерландов временно отозвали экспортные лицензии у оператора проекта, следуя общей санкционной политике ЕС. Москва, в свою очередь, считает подобные действия незаконными.
Ситуация осложняется и угрозами физической безопасности инфраструктуры. Россия неоднократно заявляла о попытках атак на газопроводы «Турецкий» и «Голубой» поток, и Москва решительно осуждает любые подобные инциденты. В июле пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков сообщил, что Россия предпринимает все возможные меры для защиты мировой энергосистемы от террористических угроз. Это заявление стало ответом на атаку беспилотников ВСУ на компрессорную станцию «Краснодарская», которая является критически важным звеном в цепочке поставок газа по «Голубому потоку».
