Политическая карта Ближнего Востока претерпевает фундаментальные изменения. Согласно данным Reuters, опирающимся на сведения высокопоставленного иранского источника и двух региональных чиновников, недавнее соглашение между Тегераном и Маскатом по регулированию судоходства в Ормузском проливе фактически дарует Ирану беспрецедентные рычаги влияния. Речь идет о возможности Тегерана устанавливать контроль над судами, которые входят в Персидский залив через этот стратегически важный морской путь. По сути, перед нами одна из крупнейших дипломатических уступок иранской стороне за последнее время.
Агентство подчеркивает: этот сдвиг в баланта сил стал прямым следствием масштабной военной операции США и Израиля, развернувшейся в феврале. Если до начала конфликта пролив представлял собой зону абсолютно свободного и безвозмездного прохода для любого флота, то теперь ситуация в корне меняется.
Однако не стоит спешить с выводами о полной победе дипломатии. Источники в регионе и в самом Иране предупреждают: на столе все еще лежит внушительный список нерешенных проблем. В частности, опровергаются оптимистичные прогнозы президента США Доналда Трампа о том, что процесс финализации сделки завершится в самое ближайшее время. Тем не менее, факт остается фактом: один из региональных чиновников подтвердил, что ключевая уступка — введение определенной формы контроля над Ормузским проливом — уже фактически состоялась.
Сейчас главная битва разворачивается вокруг самого определения слова «контроль». Страны Персидского залива твердо стоят на своем: они настаивают на праве самостоятельно осуществлять досмотр судов и на том, что любые сборы должны быть сугубо добровольными. Здесь и кроется главный экономический конфликт. Иранский чиновник прямо заявляет о стремлении Тегерана установить плату в размере 5–7% от стоимости перевозимых грузов. Оман, в свою очередь, предлагает компромиссный вариант в районе 3%, в то время как Вашингтон занимает самую жесткую позицию, требуя полной отмены любых поборов.
Техническая сторона вопроса также находится в процессе активной доработки. Как сообщил МИД Ирана, 5 августа стороны достигли согласия по географическим координатам нового маршрута. Глава ведомства Эсмаил Багаи пояснил, что на протяжении последних двух месяцев дипломаты и технические специалисты кропотливо выверяли безопасный путь для коммерческих судов, анализируя правовые, экологические и навигационные нюансы.
Тем не тем, надежда на стабильность пока выглядит хрупкой. Заместитель министра иностранных дел Исламской Республики Казем Гарибабади подчеркнул, что новый маршрут носит временный характер — его жизненный цикл может составить всего от двух до четырех месяцев. По имеющейся договоренности, старые пути — северный маршрут у острова Ларк и южный путь через воды Омана — будут перекрыты. Новый коридор пройдет преимущественно по территориальным водам Ирана, с небольшими участками в оманском сектором.
Интрига вокруг сделки подогревается и сообщениями Financial Times. Издание, ссылаясь на свои источники, сообщает о более глубоком содержании соглашения: оно может включать снятие американских санкций, прекращение блокады иранских портов и снятие ограничений на экспорт нефти. Сценарий выглядит следующим образом: сначала Тегеран будет использовать пролив исключительно для своих танкеров, пока не завершится операция по расчистке акватории от мин, и только после этого путь будет открыт для мирового торгового флота.
Стоит напомнить, что фундамент для этих переговоров был заложен еще в июне, когда США и Иран подписали меморандум о взаимопонимании. Тот документ давал сторонам 60 дней на подготовку итогового соглашения, предусматривал снятие морской блокады и восстановление свободы судоходства. Однако политический процесс столкнулся с реальностью: после возобновления обмена ударами между сторонами Тегеран вновь ввел ограничения на движение по проливу, превратив важнейшую мировую артерию в зону политического противостояния.
